Был некто учитель, знаменитый своими знаниями, который давно уже и усердно молился Богу, чтобы Он показал ему такого человека, от которого бы он мог узнать прямейший путь, удобно ведущий к небу.
Однажды, когда, проникнутый этим желанием, он усерднее обыкновенного воссылал молитвы, ему показалось, что слышит глас свыше, повелевающий ему выйти из келлии к преддверию церковному: там — говорил голос — найдешь ты человека, которого ищешь.
Вышел учитель и нашел у дверей церковных нищего старца, всего покрытого язвами и ранами, согнившего проказой, в самом беднейшем рубище. Проходя мимо, учитель сказал ему обычное приветствие: «добрый день тебе, старец!», а старец отвечал: «не помню, чтобы для меня был какой-нибудь день недобрым». Учитель остановился, и как бы исправляя свое первое приветствие, промолвил: «я желаю, чтобы Бог дал тебе счастья», а старец отвечал: «я несчастливым никогда не бывал».
Удивился учитель, и, подумав, что не вслушался или не понял его ответа, присовокупил: «что ты говоришь? я желаю, чтобы ты был благополучен».
— «А я отвечаю тебе, что злополучным не бывал», сказал старец.
Тогда учитель полагая, что старец многоречив, и желая испытать его ум, сказал: «желаю тебе того, чего ты сам себе желаешь».
— «Я ни в чем не нуждаюсь, и имею все, что желаю, хотя и не ищу временного благополучия».
— «Да спасет же тебя Бог, сказал учитель, если ты презираешь мирские блага. Однако скажи мне: неужели ты один счастливец между людьми? — Стало быть несправедливы слова Иова: Человек, рожденный женою, краткодневен (Иов.14:1), и жизнь его наполнена бедами; не понимаю, как один ты сумел избежать несчастий?»
«Точно так, как я сказал тебе, — возразил старец, — когда ты пожелал мне доброго и счастливого дня, что я никогда несчастливым и злополучным не бывал, — потому что,
то, что мне Бог дал, за то благодарю, а нежелание счастья составляет мое счастье.
Боязнь счастья и несчастья опасны только тому, кто их боится, но я не забочусь о счастье и никогда не молюсь о нем к небесному Отцу, всем управляющему, и таким образом никогда не был несчастливым, подобно тому, желания которого всегда исполняются.
Голоден ли я? Благодарю за то Бога, как Отца знающего всё, в чем имеете нужду, прежде вашего прошения у Него (Матф.6:8). Холодно ли мне? Страдаю ли от непогоды? — Также хвалю Бога. Смеются ли все надо мною? Равно хвалю Его, потому что знаю, что все это делает Бог, и невозможно, чтобы то, что делает Он, было худо.
Таким образом все, приятное и противное, сладкое и горькое, принимаю радостно, как от руки доброго отца, желая только того, чего желает Бог, и потому — все случается по моему желанию.
Злополучен тот, кто ищет счастья в мире, потому что нет здесь счастья, как только полагаться во всем на волю Божью.
Воля Господня и совершенно добра и совершенно правосудна; она ни лучшею сделаться, ни худою быть не может. Она судит всех, — Ее никто. Я стараюсь совершенно Ее держаться, и забочусь только о том, чтобы хотеть того, чего хочет Бог, и не желать того, чего Он не желает, а потому и не считаю себя нисколько несчастливым, когда мою волю совершенно соединяю и согласую с Божьей, так что у меня одно — хотеть или не хотеть, чего хочет или не хочет Бог».
— «По убеждению ли своему ты это говоришь? — возразил учитель. — Скажи же мне, так же ли бы ты думал, если бы Богу угодно было послать тебя в ад?»
— «Богу послать меня в ад! сказал старец; но знай, что у меня две руки дивной силы, которыми бы я ухватился за Него объятием неразлучным: одна рука — мое глубочайшее смирение, а другая — нелицемерная любовь к Богу.
Этими руками я так бы крепко обнял Бога, что куда бы ни был Им послан, туда бы и Его повлек с собою, — и конечно приятнее было бы для меня быть вне небес с Богом, нежели в небе без Него».
Удивился учитель ответам старца и подумал, что кратчайший путь к Богу быть во всем согласным с Его волей. Желая однако, еще более испытать старцеву премудрость, столь сокровенную в худой храмине его тела, спросил его: «откуда ты пришел сюда?» — «От Бога пришел», — отвечал старец. На это учитель ему сказал: «Где же ты нашел Бога?» Старец же ответил: «Там, где оставил все мирское».— «Где же ныне ты оставил Бога?» — вопрошал учитель. Старец отвечал: «Поистине, в чистых мыслях и в доброй совести оставил Его».— Тогда учитель воскликнул: «Что же ты за человек?!» На это старец ответил: «Кто бы я ни был, но я так доволен моим положением, которое ты видишь, что поистине не променялся бы им на богатства всех царей земных. Каждый человек, умеющий владеть собою и повелевающий своими мыслями, есть царь».— «Следовательно и ты царь, — спросил учитель, — где же твое царство?» «Там», отвечал старец, указывая на небо, «тот царь, кому это царство возвещено несомненными чертами». — «Кто тебя научил этому и кто дал тебе эту премудрость?», спросил напоследок учитель. «Скажу тебе, — отвечал старец, — что я целые дни провожу в молчании; и молюсь ли, в благочестивых ли упражняюсь мыслях, об одном всегда забочусь, чтобы крепко быть соединенным с Богом; а соединение с Богом и согласие с Его волею всему научает».
Так учитель, научившись беседою с нищим и преподавши ему мир, возвратился к себе, хваля и славя Бога, утаившего сие от мудрых и разумных и открывшего то — убогому старцу, незлобивому младенцу (Матф.11:25).