Аноним: Батюшка Серафим, я по причине своих болезней не знаю, как мне быть с постом?
О.Серафим: Когда писались правила о посте, то люди, в те времена, были физически очень крепкие. Эти правила и рассчитаны на физически крепких людей. Если женщины, без проблем, рожали прямо в поле, то это говорит о том, что они, будучи беременными, продолжали работать в поле. Это свидетельствует о физической крепости людей тех времен.
Ближе к нашим временам физическая крепость у людей стала ослабляться. Свт.Игнатий Брянчанинов пишет о неприменимости многих таких правил по причине того, что, в его время, люди уже стали физически более немощными, в сравнении с людьми времен прошедших.
Поэтому, здесь необходимо рассматривать физическое состояние людей, их работу и образ жизни. Ты, по причине своей болезни, можешь есть то, что тебе более подходит. Если можешь чуть попоститься, то можно в какие-то моменты. Но если становится от этого тяжело, по причине болезней, то можно разрешать себе, ибо в этом нет греха. Все остальные, если могут поститься, то можно им готовить еду с постным маслом: картошка, каши, чечевица, бобовые и т.п. Если для кого-то тяжело физически, то можно в какие-то моменты, в чем-то послаблять.
Пост в еде – средство только для того, чтобы сделать физически крепкую плоть, более немощною. Главное же в посте – это настрой духа.
Если пост будет проходиться без смирения, незлобия, милосердия, добродушия и душевной простоты, то такой пост будет являться средством для соединения, по настрою духа, с демонами. Ибо и индусские йоги усиленно постятся и хранят во всем воздержание, то же самое делают и многие маги, волхвы и колдуны, высоких степеней посвящения. Все это они делают на основании духа самоуверенности и самонадеянности, на самомнении, гордыни и духе самости. Через такое истончение своей плоти, в соединении с таким настроем духа, они еще более входят в общение с падшими духами, с бесами. К примеру, в житии ап.Иоанна Богослова описывается о том, что служитель бесов, волхв Кинопс, проводил пустыннический образ жизни, и даже не хотел выходить из пустыни для совершения какого-либо дела. Точно так же и индусские йоги проводят подвижнический и отшельнический образ жизни, через посредство которого соединяются с падшими духами.
И если какой христианин будет проходить телесный пост в таком настрое духа, то он будет входить в соединение с демонами, по настрою духа, как и все эти служители бесов. Но при этом, он будет всё это пощение и воздержание вменять себе, возгревая через это дух самости; и, соединяясь, по настрою духа, с демонами, будет считать, что он соединяется с Богом. В реальности же, он будет заходить в состояние духовной прелести, подпадая под власть бесов.
В наше время много таких христианских, православных и истинно-православных подвижников, которые через прохождение постов, в таком настрое духа, заходят в состояние духовной прелести и становятся проводниками воли бесовской. Впоследствии, они и других начинают воспитывать в таком же духе. При этом, стараются во всем походить на истину, как и антихрист, когда придет, будет стараться во всем походить на Христа. Так они содействуют в воспитании и насаждении в сердцах человеческих, по настрою духа, церкви антихристовой, независимо от юрисдикций и названий.
Нужно все время помнить о главной цели поста – это смиренный и сокрушенный дух, в соединении с незлобием, милостивостью, добродушием и душевной простотой. Это есть цель, а все остальное – это средства, которыми надо пользоваться благоразумно, всё направляя к главной цели поста.
Аноним: Есть мнение, что поблажки себе, со ссылками на то, что главное это духовный пост, могут привести к пренебрежению телесным. И что от того, что мы начнём есть скоромное, мы не станем более духовными и добродетельными..
О.Серафим: Все правильно, "пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли, ничего не теряем" (1Кор.8:8). Едим мы скоромное или постное, то, само по себе, это не приближает нас к Богу и не отдаляет от Него. Ибо пища не оскверняет человека и, сама по себе, не делает его грешным. Ели же кто-то надеется на то, что он постится, не ест скоромного, и это соединяет его с Богом, то таковой вменяет этот пост себе, – то, что он не ест скоромную пищу, – и через это возгревает в себе свое самомнение и дух самости. И через таковой настрой духа соединяется с демонами.
И скоромная пища, точно так же, не может, сама по себе, осквернять человека или делать его грешным, так как во вне-постные дни человек ест скоромное и это же не оскверняет его. Оскверняют человека и делают его повинным во грехе, – это первородный грех, страсти, исходящие из сердца человеческого, как об этом сказал Христос: "Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что выходит из уст, оскверняет человека... Петр же, отвечая, сказал Ему: изъясни нам притчу сию. Иисус сказал: неужели и вы еще не разумеете? еще ли не понимаете, что все, входящее в уста, проходит в чрево и извергается вон? а исходящее из уст – из сердца исходит – сие оскверняет человека" (Матф.15:15-18). То есть, пища, сама по себе, не оскверняет человека, а повинным греху его делают страсти: «ибо из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления» (Матф.15:19); в том числе и такие, как чревоугодие и гортаннобесие. Если человек ищет удовлетворения своим страстям, чревоугодию и гортаннобесию, то вот это и оскверняет его. А если он снисходит к немощи своего естества, то это не оскверняет его, ибо это не есть страсти.
Здесь необходимо разуметь то, что разные телесные составы у людей, разная телесная крепость, физическое здоровье и душевное состояние. А тем более в наши времена, сплошь и рядом, хронических болезней у людей, ненормальных душевных состояний. Когда дети уже рождаются больными и даже с раковыми заболеваниями. Если все это не учитывать, а тупо для всех предлагать исполнение буквы закона, то это будет наложение бремен неудобоносимых на людей, за что и укорял законников и фарисеев Христос, говоря: "и вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые" (Лук.11:46). Вот за такое тупое наложение буквы закона на людей, не входящее в обстоятельства времен, в обстоятельства их жизни и душевных состояний, и укорял Христос законников и фарисеев.
Необходимо различать поблажки, которые делаются по страстям, от снисхождения к немощи естества и душевной немощи человека. Современное законничество и фарисейство, которое есть ни что иное как лжестарчество, по причине своей духовной слепоты, не может отличить немощь естества от действия страсти. И по этой причине, снисхождение к немощи естества называет поблажкой для страсти. Это происходит потому, что люди заходят в ложное подвижничество и аскетизм, которые сидят на духе самости и в котором напрочь отсутствует опытное познание своей немощи, физической и душевной. А ведь «на познании и сознании немощи зиждется все здание спасения» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.1, гл.50). По этой причине, все их делание начинает проходиться на духе самости, самомнении и самоуверенности.
Через таковой аскетизм, – в котором отсутствует опытное познание немощи своего естества, а значит взамен этого есть дух самости, – они и заходят в состояние духовной прелести и самообольщения. По этой причине, не приобретши опытного познания своей немощи, они не постигают того, как эта немощь может проявляться у других. Поэтому и судят и наставляют всех, исходя из духа самости, который не видит физического и душевного состояния людей, не учитывает этого. Поэтому и налагает бремена неудобоносимые, тупо загоняя всех под букву закона. И таким образом, подпадает под определение Христово: "и вам, законникам, горе" (Лук.11:46).
Всякое делание и подвижничество, в конечном итоге, должно приводить к опытному ощущению своей немощи и беспомощности, как об этом говорит преп. Симеон Новый Богослов: «исполнение заповедей научает человека его немощи» (Главы богословские и деятельные, гл.4, Добротолюбие, ч.1). Ибо тогда смиряется и сокрушается в нем дух самости, и всю надежду в своем избавлении он обращает только на милость Божию. Не может человек, по настрою духа, обратить всю свою надежду только на одну милость Божию, без опытного познания и ощущения своей немощи, в глубинах своего духа. И если нет ощущения своей немощи, то вместо этого неизбежно присутствует дух самости, самоуверенности. Молитва, собственно говоря, и должна приноситься из сокрушенного и смиренного духа, на основании своей немощи. «Основание молитвы – глубочайшее смирение. Молитва есть вопль и плачь смирения. При недостатке смирения молитвенный подвиг делается удобопреклонным к самообольщению и к бесовской прелести» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.1, гл.«О смирении»).
Чем является обращение к Богу «помилуй меня грешного», в иисусовой молитве, или «помилуй меня Боже, помилуй меня», в Великом каноне Андрея Критского? – Это вопль души, в смиренном и сокрушенном духе, ощущающей свою немощь, и потому – всю надежду и чувство упования, обратившую только на одну милость Божию. По смыслу всех этих молитвословий, каждый и должен, в своей жизни, опытным путем, придти к такому настрою духа.
Поэтому, в наши времена, тупо предлагать букву закона о посте, одинаково для всех – это и есть законничество. В принципе, это относится ко всем внешним предписаниям закона.
Да, кому-то, по причине физической крепости или каких-то специфических болезней, и надо поститься, вкушая постную пищу. И им это будет на пользу для физического здоровья. А кому-то, такое пощение будет во вред для его здоровья. И потому, ему необходимо снисходить к немощи своего естества. Ибо скорби и страдания по плоти, которые он ощущает от болезней, от душевных депрессивных состояний, от туги, тяготы сердечной и томления духа, заменяют для него скорби по телу и душе, которые человек ощущает от поста. И получается, что он внешне не выглядит постником, но, по настрою духа, он ощущает те же самые скорби, а может даже и более того.
Исходя из физической крепости, телесного и душевного естества, и определяется степень поста для человека. Точно так же, исходя из немощи телесной и душевной, определяется и степень послабления в посте. При этом необходимо учитывать, что только при правильном душевном настрое, телесный пост обретает свой смысл. А при прохождении поста в неправильном душевном настрое, он будет приносить еще и вред для души.
Ибо только пост, проходимый в правильном душевном настрое, будет соединять человека с Богом. А если не в правильном – то с дьяволом. Отсюда соответственно, если заставлять людей соблюдать телесный пост, без прохождения его в правильном душевном настрое, то это будет идти только во вред их душам. По той причине, что это будет содействовать развитию в них душевных страстей и делать из них фарисеев, по настрою духа, соединяя их не с Богом, а с дьяволом.
«Телесный подвиг, не сопровождаемый душевным, более вреден, нежели полезен, он служит причиной необыкновенного усиления душевных страстей: тщеславия, лицемерия, лукавства, гордыни, ненависти, зависти, самомнения. "Если внутреннее делание по Богу, – сказал великий Варсанофий, – не поможет человеку, то напрасно он трудится во внешнем"(ответ 210)» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.2, гл.21, п.4).
Вот почему во время поста очень важно учитывать физическое и душевное состояние человека, чтобы посредством этого средства, поста, содействовать ему в соединении с Богом, а не с дьяволом.
Аноним: Спаси, Господи! Получается, если нет настроя, намерения измениться именно в духовном настрое, лучше не начинать никаких аскетических упражнений. Т.е. для новоначальных, какими в общем-то и были большинство пришедших в церковь в 90-х годах нужно было именно такое научение. А люди в основном первое, что слышали – нужно ходить на службы, поститься, молиться...
О.Серафим: Так и есть.
Начинает новоначальный поститься, молиться и т.п., но так как нет правильного основания, то он и начинает все это себе вменять. В итоге, при помощи всех этих средств возгревает в себе дух самости и заходит в самообольщение. Создается иллюзия спасения: он думает, что он идет к Богу, а в реальности, – он идет в обратную сторону от Него. – По причине того, что он возгревает, в себе, совсем не тот настрой духа. Из этого настроя духа самости, вменения себе своего делания, молитв, богословских знаний и т.п., и образуются фарисеи (внешние праведники) и законники.
Какой душевный настрой должен быть положен в основание молитвенного делания? – «Основание молитвы – глубочайшее смирение» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.1, гл.«О смирении»). А без познания своей немощи, не может быть истинного смирения, ибо «кто не знает своей немощи, тому недостает смирения» (преп.Исаак Сирин, сл.61). А если нет этого основания, а человек усердно занимается молитвенным деланием, – вычитыванием молитвенных правил, служб, псалтирей, акафистов, четок и т.п., – то что будет? – «При недостатке смирения молитвенный подвиг делается удобопреклонным к самообольщению и к бесовской прелести» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.1, гл.«О смирении»). Что сейчас и происходит, "сплошь и рядом".
Если открыть Древние патерики, Отечники и примеры из жизни подвижников, то там, найдем примеры того, как новоначальные, не приобретшие правильного душевного настроя и усиленно занявшиеся молитвенным подвигом и постом, заходили в состояние духовной прелести.
О зависимости всякого делания от душевного настроя говорит и преп. Макарий Великий: «Если смиренномудрие и любовь, простота и благость не будут в нас тесно соединены с молитвою, то самая молитва, лучше же сказать, – эта личина молитвы, весьма мало может принести нам пользы. И сие утверждаем не об одной молитве, но и о всяком подвиге и труде, девстве или посте, или бдении, или псалмопении, или служении, или о каком бы то ни было делании, совершаемом ради добродетели» (Слово3, гл.5).
И если через все это делание не будет приобретаться правильный душевный настрой, то вместо пользы будет вред: «Если не увидим в себе плодов любви, мира, радости, кротости, присовокуплю еще, смиренномудрия, простоты, искренности, веры, сколько должно, великодушия, дружелюбия, – то трудились мы без пользы» (преп. Макарий Великий, Слово3, гл.5).
А почему так? – «Потому что для того и предпринимаем труды, чтобы воспользоваться плодами; а когда не оказывается в нас плодов любви, тогда, без сомнения, делание напрасно» (преп. Макарий Великий, Слово3, гл.5).
Итак, цель – воспитание правильного душевного настроя, плоды духа. Приобретение всего этого совершается через правильно-проходимую внутреннюю жизнь. А все остальное – это средства.
Если же воспитывается неправильный душевный настрой, то в таком случае, все используемые средства задействуются на погибель души. Так как содействуют захождению в состояние духовной прелести.
Вот типичный пример, из письма свт.Игнатия Брячанинова, правильного, не законнического и не фарисейского, отношения к подвигам, постам и т.п. В этом письме свт.Игнатий говорит об общем принципе, при всякого рода подвижничестве, посте и внешнем аскетизме, – это необходимость учитывать немощь естества, конкретного человека или общего состояния большинства людей. Исходя из этого общего принципа, и должно быть отношение ко всем церковным постановлениям, по данным вопросам.
«Милосердый Господь учредил, при посредстве святых Своих Апостолов и святых Отцов, Святителей и Учителей Церковных различные душеспасительные подвиги, а между ними и пост святый, коим связывается и обуздывается плоть наша. По отношению всех этих подвигов должно помнить, что они для человека, а не человек для них, как и Господь сказал: суббота для человека, а не человек для субботы. Сие должно разуметь и о посте. Почему, находясь в крайней немощи и не имея нужды удручать тело, а напротив, имея нужду укреплять оное, нисколько не усомнитесь употреблять уху из рыбы во время нынешней Святой Четыредесятницы: ибо уха из рыбы менее даст крепости Вашему слабому телу, нежели сколько другому сильному хлеб и вода. Сердцеведец Господь, видящий немощь Вашу, не исключит Вас из числа постящихся. Так поступали многие великие угодники Божии» (свт.Игнатий Брянчанинов, «Письма к монашествующим»; Избранные письма, п.150; Полное собрание писем, п.242).
Помоги вам Господи, в полезном для души прохождении поста.
С любовью во Христе, о.Серафим.